Сегодня утром, после привычной терапевтической работы, я пошла в оперу. И оказалась в пространстве, которое неожиданно точно описывает саму суть психотерапевтического процесса. Опера «Иоланта» при внимательном взгляде разворачивается как тонкая аллегория терапии.

В этой истории существует запрос. Есть слепая девушка Иоланта, чья жизнь полностью устроена за неё. Она окружена заботой, опекой, мягкой изоляцией от реальности. Этот мир стабилен и безопасен, но в нём почти нет выбора. Иоланта не знает, что она слепа, и именно поэтому не может хотеть видеть. Однако внутри неё начинают рождаться чувства, которым становится тесно в этом устроенном покое. Появляется не страдание, а смутное ощущение недостаточности жизни.

Существует фигура контроля, король. Его любовь тотальна и тревожна. Он стремится сохранить Иоланту от боли любой ценой. Он хочет её исцеления, но боится изменений, которые это исцеление может принести. Его контроль направлен не столько на власть, сколько на удержание прежнего порядка. Порядка, где нет риска, нет утраты и нет знания, способного ранить.

Это очень узнаваемая внутренняя динамика. Контролирующая часть психики часто искренне заботится, но делает это через фиксацию. Она допускает помощь только в том случае, если структура не изменится. Если не придётся расставаться с иллюзией безопасности.

Иоланта живёт в мире, где все поддерживают молчание. Никто не обращается к ней напрямую. Никто не признаёт её как субъект, способный выдержать правду. И только встреча с тем, кто не включён в этот контракт, сдвигает процесс. Рыцарь не лечит Иоланту и не спасает её. Он делает единственное возможное терапевтическое действие. Он называет реальность: -Ты слепа.

И это знание становится поворотной точкой. Потому что прозрение невозможно без ясности. Невозможно исцеление без признания ограничения. Обращение к правде, даже тревожной, возвращает человеку возможность выбора.

С этого момента Иоланта перестаёт быть объектом заботы и становится участницей собственного пути. Исцеление перестаёт быть чем то, что с ней делают, и становится тем, в чём она участвует. Именно здесь начинается терапия. Там, где появляется осознанность, риск и согласие на изменения.

Если смотреть на «Иоланту» именно так, становится видно, что её терапевтичность не в счастливом финале, а в самой структуре сюжета. Запрос, сопротивление, контроль, страх знания, встреча с правдой и движение к зрелости. Это не история о чуде. Это история о взрослении, которое невозможно без утраты прежнего покоя.

Виолетта, ваш телесный психотерапевт. 🫶